Главная | СТАТЬИ | Страницы истории | 150 лет русского "открытия" Кореи

150 лет русского "открытия" Кореи

Размер шрифта: Decrease font Enlarge font
image Иван Гончаров

Как ни странно, но русские пришли в Корею довольно поздно ? как минимум, на два века позже португальских и голландских "землепроходцев". (Хотя в архивах Ост-Индской компании есть указания на еще более ранние ? в "начальный период 16 века" - посещения португальцами "корейских островов", включая крупнейшего из них Чаосен [Chausien]). А Хендрик Хамель, голландский шкипер, после возвращения из 14-летнего плена в стране Чосон уже давно опубликовал (в 1668 г., правда, на редком голландском языке) свой "журнал", познакомивший просвещенную Европу с загадочной страной "на краю географии".

И.А.Гончарову
(перед кругосветным его путешествием)
...Лети! И что внушит тебе природа
Тех чудных стран, - на пользу и добро,
Пусть передаст, в честь русского народа,
Нам твой рассказ и славное перо!...
В.Г.Бенедиктов


    Итак, в самом конце марта или начале апреля 1854 года (точная дата не отмечена) российские моряки с кораблей экспедиции адмирала Евфимия Васильевича Путятина (1803-1883) впервые сошли на корейский остров Гамильтон (ныне Комундо), что находится на полпути между современным портом Ёсу и островом Чечжу. К ним вскоре присоединился и секретарь Путятина - Иван Александрович Гончаров (1812-1891), уже известный тогда писатель и будущий автор упоительного "Фрегата "Паллада". 
     Конечно, к тому времени Корея (Чосон, или Чаосянь) не была абсолютной "terra incognita" для России. О ней знали не только те, "кому нужно", - в Министерстве иностранных дел или в Генеральном штабе (например, по донесениям российской православной миссии в Пекине, фактически исполнявшей светские дипломатические функции). В печати к тому времени уже появились книги и статьи о странах Дальнего Востока, которыми, как мы увидим, воспользовался будущий "летописец экспедиции". Несколько ранее в корейских водах плавал И.Ф.Крузенштерн (1770-1846), уточняя морские карты. Но физически нога русского никогда еще не ступала на корейскую землю. Да и Приморье было еще не "нашенским", ибо Россия утвердила здесь свой суверенитет позже, в 1860 году, по Пекинскому договору с Китаем. Естественно, что Владивостока (Владей Востоком!) не было и в помине. 

pallada_4_673207844.jpg
     Официально экспедиция Путятина именовалась как "экспедиция к русским владениям в Америке". Но она вообще туда не попала: фрегат "Диана" (заменивший через два года в качестве флагмана ветхую и оставленную в Татарском проливе "Палладу") вскоре был разрушен у берегов Японии мощной цунами, хотя практически всему экипажу удалось спастись. Но Гончарову не пришлось этого пережить: незадолго до этого по разрешению Путятина он распрощался с сотоварищами по долгому путешествию и через Сибирь вернулся в Петербург. Однако Е.В.Путятин, замечательный дипломат и государственный деятель, все же весьма успешно справился с другой главной задачей – установлением торговых отношений с Японией (в начале 1855 г.). Важным достижением стало и первое очное знакомство русских с Кореей: были сделаны два захода с многочисленными высадками на берег и уточнены морские карты ее восточного побережья. (Писатель упоминает, что в распоряжении экспедиции были одна или две карты корейского побережья, весьма неточные).
    Кругосветное плавание продолжалось почти три года. Были совершены обстоятельные заходы в Англию, на Мадеру и Мыс Доброй Надежды, в Сингапур, Гонконг, Манилу, на ряд тропических островов, а также в Китай и Японию. И это богатство впечатлений, соединенное с талантом, знаниями и наблюдательностью писателя, дали возможность Гончарову написать и выпустить в 1858 году свою удивительную книгу (в двух томах), которой до сих пор зачитываются стар и млад. И.А.Гончаров, впоследствии автор знаменитых "Обломова" и "Обрыва" ("Обыкновенная история" была написана до путешествия), очень неохотно повторно публиковал свои произведения. Однако, "Фрегат Палладу" еще при своей жизни он разрешил переиздать шесть раз, полагая, что книга полезна для юношества. Известно, что "Фрегат..." был любимой книгой юного Чехова, о чем он признавался в письме брату Михаилу. 
     Считается, что страницы о Корее - не лучшие в книге. В них чувствуется усталость автора (и барина) от длительного путешествия. Есть некоторые поверхностные (как признавал и сам автор) и даже весьма субъективные суждения. Да и посещение малонаселенных берегов не давало столь обильной, как это было, например, в Японии, пищи для размышлений. Тем не менее, в описаниях и личных наблюдениях писателя немало интересной и ценной информации.
    Говорят, что первое впечатление - самое сильное и зачастую верное. Вот оно: "Островишко весь три мили, скалистый, в каменьях, с тощими кое-где кустиками и редкими группами деревьев... Я видел его [берег] издали – незаманчиво, и я не торопился на него. Кое-где над сонными водами маленьких бухт жались хижины корейцев. Видны были только соломенные крыши, да изредка кое-где бродили жители, все в белом, как в саванах".
    Несмотря на то, что Гончаров обещал избегать цитирования других авторов и полагаться на собственные впечатления, тем не менее, рассказывая о Корее, он вынужден это делать. "К сожалению, - подчеркивает писатель, - до сих пор мало сведений о внутреннем состоянии и управлении Кореи, о богатстве и произведениях страны, о нравах и обычаях жителей". Поэтому автор часто ссылается на труды отца Иакинфа [Н.Я.Бичурина (1777-1853), выдающегося синолога, одно время главы русской православной миссии в Пекине. – Д.К.], а также на знания и свидетельства своего спутника, переводчика китайского языка отца Аввакума [Д. Честного, известного синолога, также возглавлявшего православную миссию в Китае. – Д.К.].
    В частности, верно отмечается, что Корею можно назвать древним государством, которое "формировалось в эпоху троян, первобытных греков,... здесь разыгрывались свои Илиады...". Кроме того, по Гончарову, это и самостоятельное государство, которое имеет свои законы и язык, хотя ее короли и утверждаются на престоле китайским богдыханом. Этот обычай "до сих пор строго соблюдается", - пишет он и добавляет, ссылаясь на о. Аввакума: "Посланные из Кореи являются в Пекин с подарками и с просьбой утвердить нового государя. Богдыхан обычно утверждает и, приняв подарки, одаривает посланных гораздо щедрее. Впрочем, они не впутываются в их дела". В качестве подтверждения приводится такое важное свидетельство: однажды корейцы донесли китайскому правительству о том, что какое-то иностранное судно прибыло к берегам Кореи, на что из Пекина ответили, что им «дела до них нет и чтобы они распоряжались, как хотят".
    Утверждением на престол "только и выражается зависимость Кореи от Китая, да еще разве еще тем, что из Кореи ездят до двухсот человек ежегодно в Китай поздравить богдыхана с новым годом, - пишет далее Гончаров. - Это похоже на зависимость отделенного сына, живущего своим домом от дома отца".
pallada_put_2_944153847.jpg    В главе о Корее, зачастую со ссылкой на авторитеты, приводятся также некоторые сведения о внутреннем устройстве страны (разделена на 8 провинций), о происхождении названия "Корея", о традиции у чиновников не брать подарков "без разрешения начальства" и т.д. Опираясь на выводы о. Иакинфа, Гончаров пишет: "За покорность и признание старшинства Китая китайцы наградили данников своими познаниями, отчасти языком, так что корейцы пишут, чуть что поважнее и поучёнее, китайским, а что попроще - своим языком. Я видел их книги: письмена не такие кудрявые и сложные, как у китайцев. Далее китайцы наградили их изделиями мануфактур и искусством писать стихи...".
    А вот и описание первой высадки на берег: "Когда наша шлюпка направилась от фрегата к берегу,... из деревни бросились бежать множество женщин и детей к горам со всеми признаками боязни. При выходе на берег мужчины толпой старались не допускать наших к деревне, удерживая за руки и за полы. Но им написали по-китайски, что женщины могут быть покойны, что русские съехали затем только, чтобы посмотреть берег и погулять. Корейцы уже не мешали ходить, но только старались удалить наших от деревни".
    Как это описание сильно разнится с тем, что случилось с Хамелем и его спутниками на Чечжудо, которых немедленно арестовали и, сделав "свободными пленниками", не выпускали из страны!
    Через час, когда отношения наладились, моряки привезли на корабль двух стариков, по-видимому, старшин. "За ними вслед приехала корейская лодка... и множество простого босоногого, нечесаного и неопрятного народа, – пишет Гончаров. - И простой, и непростой народ – все были одеты в белые бумажные или травяные широкие халаты, под которыми были надеты другие, заменявшие белье: кроме того, на всех надето было что-то вроде шаровар из тех же материй, как халаты, у высших – белые и чистые, а у низших – белые, но грязные. На некоторых, впрочем, немногих, были желтые или синие халаты". Особое удивление вызвал "замечательный головной убор". Если подростки носили длинную косу и были зачесаны на пробор, как девчонки, то взрослые "волосы зачесывают со всех сторон кверху в один пучок, на который надевают шляпу... Тулья у ней так мала, что только и покрывает пучок, зато поля широки, как зонтик. Шляпы делаются из какого-то тростника, сплетенного мелко, как волос, и в самом деле похожи на волосяные, тем более что они черные. Трудно догадаться, зачем эти шляпы? Они прозрачны, не защищают голову ни от дождя, ни от солнца, ни от пыли".
    Естественно, что писателя в первую очередь интересовал народ, аборигенное население: "Я очень пристально вглядывался в лица наших гостей: как хотите, а это все дети одного семейства, то есть китайцы, японцы, корейцы и ликейцы (т.е. жители нынешнего архипелага Рюкю – Д.К.). Китайское семейство, как старшее и более многочисленное, играет между ними первенствующую роль". Сравнивая эти четыре народа, Гончаров пишет: "Корейцы более похожи на ликейцев, но только те малы, а эти, напротив, очень крупной породы. Они носят бороду; она у них большею частью длинная и жесткая, как будто из конского волоса; у одних она покрывает щеки и всю нижнюю часть лица; у других, напротив, растет на самом подбородке. Многие носят большие очки в медной оправе, с тесемкой вокруг головы. Кажется, они носят их не от близорукости, а от глазной болезни. В толпе я заметил множество страждущих глазами".
    Когда моряки стали потчевать гостей чаем, хлебом, сухарями и ромом, то те вели себя довольно раскованно – "один пальцем полез в масло, другой, откусив кусочек хлеба, совал кому-нибудь из нас в рот, третий выпил две рюмки голого рома одну за другой и не поморщился. Прочие трогали нас за платья, за сапоги, белье, гладили рукой сукно, которое, по-видимому, очень нравилось им. Особенно они обратили внимание на белизну нашей кожи. Они брали нас за руки и не могли отвести глаз...".
    Поскольку русское дворянство говорило по-французски, то в те времена многие знания о Дальнем Востоке черпались из французских источников. Вот и Гончаров ссылается на Клапрота [немецкого востоковеда, который работал одно время в Петербурге, а затем в Париже – Д.К.], который использовал сочинения некоего японца Ринсифе (о трех ближайших к Японии "царствах"), прибавил кое-какие китайские сведения, составив следующее описания жителей Кореи: "Корейцы роста высокого и сложения гораздо крепче японцев и китайцев и других народов. Замечено, что кореец ест вдвое больше японца. Корейцы отличаются лукавством, леностью, упрямством и не любят усилий".
    "Летописец экспедиции", имевший возможность лично повидать все эти народы, оставил нам блестящие (и подробные) сравнения быта, облика и привычек всех этих народов. Вот только вывод о корейцах: "Вообще они грубее видом и приемами японцев и ликейцев, несмотря на то, что у всех одна цивилизация – китайская. Впрочем, мы в Корее не видели людей высшего класса". Последняя оговорка весьма существенна. Действительно, экспедиция не побывала ни в столице, ни в каком-либо из крупных городов Кореи, что, конечно, снижает авторские выводы.
    Гончаров неоднократно упоминает, что местные жители упорно "старались отклонить" пришельцев от своих деревень. Были даже случаи легких столкновений, бросания камней. Однажды даже пришлось вернуться на корабль за вооруженной охраной. Впрочем, когда корейцы видели, что у моряков и нет "охоты углубляться в улицы, шириной в два шага", то сами "предпочитали вести добровольно". Вместе с тем, автор объективен, отмечая готовность корейцев извиниться за неправильные деяния (например, бросание камнями в моряков, проводивших с лодки промер глубин или отдельные попытки не выпустить моряков из лодок на берег). Он пишет: "Сегодня старик приехал рано утром и написал предлинное извинение, говоря, что он огорчен случившимся;... просил не сердиться и оправдывался незнанием корейцев о том, что делается "внутри четырех морей", то есть на белом свете. Его и товарищей, бывших с ним, угостили чаем, водкой и сухарями...".
    Или вот любопытный абзац из сравнительной характеристики дальневосточных народов: "Мы шли между двух заборов, грубо сложенных из неровных камней без всякого цемента. Из-за заборов были видны только соломенные крыши и больше ничего. Какая разница в этих заборах с постройками этого рода у ликейцев! Там тщательность, терпение, порядок и искусство; здесь лень, небрежение и неумение. Должно быть, корейцы в самом деле не любят "усилий". Когда мы пытались заглянуть за забор или входили в ворота – какой шум поднимали корейцы! Они даже удерживали нас за полы, а иногда и толкали довольно грубо. Но за это их били по рукам, и они тотчас же смирялись...".
    Впрочем, возвращение в деревню после охоты и прогулки по окрестным сопкам было вполне мирным: "В селе на берегу были разостланы циновки; на них сидели два старика, бывшие уже у нас и пригласили сесть и нас. Почти все жители села сбежались смотреть на редких гостей. Они опять подробно осматривали нас, трогали платье, волосы, кожу на руках... Разговор шел по-китайски, письменно". Гончаров подмечает, что особо они удивлялись возрасту гостей, считая, что им не 30-40 лет, а 60 или 70. Как и у японцев, "это крайне восточный комплимент". Старики интересовались, долго ли они останутся в стране, ибо "по закону страны обязаны угостить... от имени правительства обедом".
    Гончаров далее пишет, что со старшими завязалась живая письменная беседа на китайском языке: "Они так проворно писали, что глаза не поспевали следить за кистью, спросив, прежде всего, "какие мы варвары – северные или южные?... Когда мы попросили в обмен кур, зелени, рыбы за деньги или же в обмен,... то старик взял эту записку, надулся как петух и с комической важностью... нараспев начал декламировать написанное".
    Несколько странно, что автор "Фрегата "Паллады" довольно мрачно описывает корейскую природу, хотя он находился на юге и востоке страны в апреле, когда в Корее начинается буйное и живописное цветение сначала камелий, затем лиловых чиндалле (азалии) и ярко-желтых кенари (дикорастущей лилии). Правда, практическое применение корейской флоре нашлось: русские моряки сразу же стали использовать кусты камелии в качестве веников для бани, которую устроили на берегу.
    Гончаров без ссылки на источники указывает, что "природа здесь скудная, зимой бывает очень холодно, а летом жарко". Вот его пейзажная зарисовка на острове Гамильтон (Комундо): "Мы шли по полям, засеянным пшеницей и ячменем; кое-где, но очень мало, виден был рис, да кусты камелий, а то все утесы и камни. Все обнажено и смотрит бедно и печально. Не мудрено, что жители не могли нам дать провизии: едва ли у них столько было у самих, чтобы не умереть с голоду. Они мочат и едят морскую капусту, выбрасываемую приливом, также ракушки. Сегодня привезли нам десятка два рыб, четыре бочонка воды, да старик вынул из-за пазухи сверток бумаги с сушеными трепангами… Ему подарили кусок синей бумажной материи и примочку для сына, у которого болят глаза".
    Проведя неделю на острове Гамильтон, суда адмирала Путятина опять отправилась в Нагасаки за ответом из японской столицы о начале двухсторонней торговли. Его все еще не было. И "Паллада" вновь вернулась к Корейскому полуострову, к обследованию его восточных берегов, пройдя от 36 параллели (широта нынешнего корейского порта Пхохан) до 43 параллели - пограничной реки Тай-маньго (то есть, Туманган).
    Возвращение к корейским берегам было почему-то нерадостным для автора "Фрегата...": "Смотреть нечего: все пустынные берега, кое-где покрытые скудной травой и деревьями. Видны изредка деревни: там такие же хижины и также жмутся в тесную кучу, как на Гамильтоне. Кое-где по берегу бродят жители. На море много лодок, должно быть, рыбацкие". Однако, как замечает автор, "хижины были обмазаны глиной, не то, что в Гамильтоне; видно, зима не шутит здесь...".
    Все виденное, по Гончарову, повторяется вновь и вновь, но с некоторыми деталями. Вот одна из наиболее интересных: "Сегодня вдруг одна из лодок направилась к нам. На ней сидело человек 7 корейцев, все в грязно-белых халатах, надетых на такие же куртки и камзолы. На всех были того же цвета шаровары на вате; один в шляпе..., мы и не рады были посещению. Объясниться с ними было нельзя: они не умели ни говорить, ни писать по-китайски, да к тому же еще все пьяны. Матросы кучей окружили их и делали разные замечания... "Хуже Литвы! - слышу я, говорит один матрос. "Чего Литвы: хуже черкес! – возразил другой...". Им дали сухарей и они уехали. Один из них, уходя, обнял и поцеловал О.А.Гошкевича [еще один переводчик экспедиции, будущий первый российский консул в Японии - Д.К.] , который пробовал было объясниться с ними по-китайски. Мы засмеялись, а бедный Осип Антонович не знал, как стереть следы непрошеной нежности".
    Гончаров, конечно, отдает себе отчет, что русские "ступили на берег, на котором, вероятно, никогда не была нога европейца", полагая, что "миссионерам забираться сюда было не зачем: далеко и пусто". Однако, лишь два десятилетия спустя он сам был свидетелем того, что именно миссионеры первыми начнут активно проникать в Корею, неся христианство.
    Во время высадок на берег писатель делает маленькие открытия, как ботанические (некоторые деревья с неестественной зеленой листвой, другие – с невиданной доселе пепельной листвой, третьи – вообще голые с иссохшими серыми стволами и сучьями, на которых росли другие кусты свежей весенней зелени), так и зоологические (около нас летали по взморью огромные утки, красноносые кулики, чайки, голуби и много мелкой дичи).
    Но все-таки лучшими в книге остаются авторские зарисовки общения с местным населением: "Мы шли по вязкому песку прилива к хижинам, которые видели под деревьями. Жители между тем собирались вдали толпой; четверо из них и, между прочим, один старик с длинным посохом сели рядом на траве и, кажется, готовились к церемониальной встрече, к речам, приветствиям или чему-нибудь подобному. Все младенцы человечества любят напыщенность, декорации и ходули, но мы, бегло взглянув на них и кивнув им головой, равнодушно прошли дальше по берегу к деревне. Какими варварами и невежами сочли они нас! Они забыли всякую важность и бросились вслед за нами с криком и, по-видимому, с бранью, показывая знаками, чтобы мы не ходили к деревням; но мы и не хотели идти туда... Корейцы шли за нами. Рослый, здоровый народ, атлеты с грубыми, смугло-красными лицами и руками: без всякой изнеженности в манерах, без изысканности и вкрадчивости, как японцы, без робости, как ликейцы, и без смышлености, как китайцы. Славные солдаты вышли бы из них: а они заражены китайской ученостью и пишут стихи! О. Аввакум написал на бумажке по-китайски, что мы русские, вышли на берег погулять и трогать у них ничего не будем. Один из них прочитал, и сам написал вопрос: "Русские люди, за каким делом вы пришли в наши края,.. все ли у вас здорово и благополучно? Мы люди низшие, второстепенные, видим, что вы особые, высшие люди". И все это в стихах".
    Вместе с тем, писатель делает неожиданный вывод: "Скучно с этими детьми. Притом корейцы не совсем новость для нас... Они моральную сторону заняли у китайцев; не знаю, кто дал им вещественную. Увидишь одну, две деревни, одну две толпы – увидишь и все: те же тесные кучи хижин с вспаханными полями вокруг, те же белые, широкие халаты на всех, широкие скулы... На чем тут останавливаться? Если бы можно было свободно проникнуть в города, посмотреть других жителей, их быт, а то не пускают".
    Гончаров полагает, что корейцы, в отличие от японцев, правдивы, говорят правду о положении страны, городов, охотно рассказывают, что делают, чем занимаются, выражают готовность обмениваться товаром. "Впрочем, - оговаривается писатель, - мы видели только поселян и земледельцев; высшие классы и правительство, конечно, имеют понятие о государственных сношениях, следовательно, и о политике. Они сносятся же с китайцами, с японцами и ликейцами. Образ европейских сношений и жизни, конечно, им известен. Здесь, сказали нам жители, что о русских и о стране их они никогда не слыхивали... Корейцы мешают все народы, кроме китайцев и японцев под именем варваров... Впрочем, корейцы должны иметь понятие о нас... Корейцы бывают в Пекине: наши о. Аввакум и Гошкевич видели их там и даже, кажется, по просьбе их, что-то выписывали для них из России".
    9 мая 1854 года после 20-дневного плавания у восточного побережья Кореи экспедиция Путятина взяла курс на Сахалин. Ее корейский этап был завершен. "Открытие" Кореи для России состоялось! И сегодня мы можем судить, как разительно отличается современная Корея от той Кореи 150-летней давности, которую впервые увидел наш соотечественник, знаменитый писатель.
    Конечно, участники легендарного плавания не знали тогда, что всего лишь через 6 лет начнутся первые переселения корейцев на земли Уссурийского края, где они найдут приют и ласку российских властей и проявят себя, как законопослушные и трудолюбивые люди. А еще 24 года спустя будет подписан договор о дружбе и торговле между Россией и Кореей, который положит начало установлению дипломатических отношений между двумя соседними государствами.

Добавить в: Add to your del.icio.us del.icio.us | Digg this story Digg

Subscribe to comments feed Комментарии (5 комментариев):

rolex replica написал 30/06/2016 06:45:27
avatar
Meanwhile, the Adjudicator will aswell charge to analyze whether he intends to advertise the emergency Budget that he insisted during the acclamation
Thumbs Up Thumbs Down
0
KennpreredDrall написал 11/02/2017 07:24:10
avatar
BOARDS by SwS
Данный мод предназначен для рассылки своих объявлений на доски объявлений.
Возможности: размещение своих объявлений, контактных данных и фотографий.
Комплектация: Мод "BOARDS by SwS" + базы досок объявлений (сборка "STD").
Обновления мода под актуальную версию XRumer бесплатно.

ARTICLES & Joomla k2 by SwS
Данный мод предназначен для рассылки своих статьей по каталогам статьей и сайтам Joomla с модулем k2.
Возможности: размещение своих статьей с анкорними ссылками и фотографиями.
Особености: мод сам собирает ссылки на на профили Joomla k2 непосредственно в режиме постинга
Комплектация: Мод "ARTICLES & Joomla K2 by SwS" + база + софт для пост-обработки отчётов.
Обновления мода под актуальную версию XRumer бесплатно.
Thumbs Up Thumbs Down
0
KennpreredDrall написал 13/02/2017 15:01:12
avatar
BOARDS by SwS
Данный мод предназначен для рассылки своих объявлений на доски объявлений.
Возможности: размещение своих объявлений, контактных данных и фотографий.
Комплектация: Мод "BOARDS by SwS" + базы досок объявлений (сборка "STD").
Обновления мода под актуальную версию XRumer бесплатно.

ARTICLES & Joomla k2 by SwS
Данный мод предназначен для рассылки своих статьей по каталогам статьей и сайтам Joomla с модулем k2.
Возможности: размещение своих статьей с анкорними ссылками и фотографиями.
Особености: мод сам собирает ссылки на на профили Joomla k2 непосредственно в режиме постинга
Комплектация: Мод "ARTICLES & Joomla K2 by SwS" + база + софт для пост-обработки отчётов.
Обновления мода под актуальную версию XRumer бесплатно.
Thumbs Up Thumbs Down
0
KennpreredDrall написал 14/02/2017 07:59:39
avatar
BOARDS by SwS
Данный мод предназначен для рассылки своих объявлений на доски объявлений.
Возможности: размещение своих объявлений, контактных данных и фотографий.
Комплектация: Мод "BOARDS by SwS" + базы досок объявлений (сборка "STD").
Обновления мода под актуальную версию XRumer бесплатно.

ARTICLES & Joomla k2 by SwS
Данный мод предназначен для рассылки своих статьей по каталогам статьей и сайтам Joomla с модулем k2.
Возможности: размещение своих статьей с анкорними ссылками и фотографиями.
Особености: мод сам собирает ссылки на на профили Joomla k2 непосредственно в режиме постинга
Комплектация: Мод "ARTICLES & Joomla K2 by SwS" + база + софт для пост-обработки отчётов.
Обновления мода под актуальную версию XRumer бесплатно.
Thumbs Up Thumbs Down
0
Marvinlef написал 14/02/2017 08:37:59
avatar
For many years patients relied on medications for ED treatment, but there is a growing number ofective herbs and supplements, providing a natural. Buy B-letter Antiallergic / Asthma Drugs Without Prescription. It's a well known fact that contemporary life with computers, TV, and video games is what make. children ofay even more motionless and lazier than ever. <a href=" http://buy-viagra-online.review/#viagra-alternative ">buy viagra online</a> Also important dreams ofring a certain size loss weight pill diet or new pill loss diet weight dependent diabetes), pill weight diet loss aids, pill. The symptoms ofy asthmatic patients are poorly controlled. Metered dose inhalers with large volume spacers deposit at least more drug in lung Certify pharmacies will not manoeuvre spaced out rank products and nick your healthiness very seriously. <a href=" http://sildenafil-rx.accountant/#woman-and-viagra ">Sildenafil 20 Mg Tablet Generic</a> Joslin Diabetes Center, Can. with a prescription ofuterol MDI with dose counter patients with a Cd overdose effects acid reflux cardizem 40 mg is cd a diuretic. <a href=" http://generic-viagra.review/#viagra-price-canada ">generic viagra without a doctor prescription</a> purchase Protonix, tab Protonix, Protonix 40 mg shipping,. High blood pressure high cholesterol cause hardening of. for Assessing Adherence to Metered-Dose Inhaler in Asthmatic
Thumbs Up Thumbs Down
0
всего: 5 | отображающихся: 1 - 5

Оставьте комментарий comment

Пожалуйста, введите код, который Вы видите на картинке:

  • email Отправить другу
  • print Версия для печати
  • Plain text Текст
Теги
Теги для этой статьи отсутствуют
Оцените статью
5.00