Музыкальное образование в Корее

Главный корпус школы "Сонхва"

Школа изящных искусств "Сонхва" (Sunhwa Arts School) в Сеуле ? это частное учебное заведение, отличающееся от обычной корейской школы тем, что здесь наряду с обязательными предметами более углубленно изучаются специальные ? музыка, изобразительное искусство и балет. Причем, это не означает, что выпускник данной школы обязательно посвятит свою жизнь искусству. Напротив, как показывает практика, лишь малая их часть впоследствии станет артистами или художниками. Но широкий кругозор, навыки каждодневного труда и умение справляться с перегрузками, необходимые гражданину "динамичной Кореи", выпускникам обеспечены...

    Войдя в эти ворота...

    Согласно девизу школы "Сонхва", хорошее образование распахивает ворота в большой мир. Входя в эти ворота, выпускник должен руководствоваться базовыми ценностями, культивируемыми в корейской школе – любить Бога, человечество и свою Родину. Вообще, формирование чувства коллективизма, здоровой школьной этики, воспитание в атмосфере дружбы, творческого соперничества и доброжелательности характерно для любого ученого заведения Кореи, тем более для школы, подобной этой – с историей и традициями.
    Школа изящных искусств "Сонхва" была основана тридцать лет назад главой Церкви Объединения Мун Сон Мёном для продолжения образования талантливых артисток известного в Корее детского вокально-хореографического ансамбля "Маленькие ангелы", созданного в 1962 году. Этот коллектив и по сей день является символом корейского национального искусства. Он ежегодно совершает мировые турне, в ходе которых удостаивается приема на высшем уровне. Об этом свидетельствуют стены школы, украшенные огромными фотопортретами встреч коллектива с президентами, премьер-министрами и другими высокопоставленными особами многих стран мира. Среди них Елизавета II, Ричард Никсон, Нельсон Мандела, Аугусто Пиночет, Маргарет Тэтчер, Раиса Горбачёва, Индира Ганди и др. Вот уже многие годы без концертов "Маленьких ангелов" не обходится ни одно более или менее значимое мероприятие в Корее – будь то Олимпиада, чемпионат мира по футболу или встреча лидеров "Большой восьмерки"...

    Дорого? Да. Но престижно

    Обучение в школе "Сонхва" дорогое – от пятисот до тысячи долларов в месяц, плюс взносы в благотворительные фонды. Дороже всех ($1000) образование обходится будущим балеринам. Но родители идут на эти расходы, потому что считают, что быть принятым в такую школу (для чего студенту необходимо пройти обязательный конкурсный отбор), а тем более успешно окончить её – это престижно. Для девушек, которых здесь подавляющее большинство, важен и такой аспект: из такой школы легче поступить в хороший университет, где учатся перспективные будущие мужья.
    Что касается юношей, то им сложнее: никакой колледж или университет не освободит их от службы в армии. Отношение к призыву в Корее очень серьезное, служат (кто 2, а кто 2,5 года) практически все мужчины, вне зависимости от их образования или от связей их родителей. Даже по болезни отсрочки даются крайне неохотно. Да и уклоняться от армии здесь, кажется, не принято. Тем не менее, корейским юношам тоже надо получать высшее образование, даже несмотря на предстоящий перерыв на военную службу...

    Основа основ – учебная база

    Школа большая: в ней получают среднее специальное образование 1200 музыкантов, 800 художников и 120 артистов балета. Комплекс зданий школы "Сонхва" (фото 1) состоит из трех учебно-административных корпусов с выставочными и концертными залами, здания театра "Маленькие ангелы" на 1,5 тысячи мест, корпуса балетной труппы Universal Ballet и здания начальной школы. Вся территория, в том числе и прилежащая, поддерживается в идеальном порядке. Везде, на каждом входе-выходе, цветы – на клумбах, в кадках, в горшочках.
    В каждом классе – рояль (Steinway или Yamaha) и пианино, а также ковры, зеркала, кресла, кондиционеры. Рассказывают, что когда-то так же было и в российских консерваториях – во времена ректорства Рубинштейна и Глазунова. Разве что без кондиционеров…
    Школа располагает двумя открытыми стадионами, которые никогда не пустуют: занятия физкультурой на свежем воздухе проходят здесь круглый год, в том числе и в каникулы. Спорту вообще в Корее уделяется огромное внимание. Неотъемлемой частью этого школьного предмета является учебник физкультуры, в котором изложены теоретические основы и правила самых популярных в стране видов спорта: футбола, бадминтона, бейсбола, гольфа, баскетбола, волейбола, регби, тхэквондо, тенниса. На первых этажах всех корпусов оборудованы специальные стеллажи для хранения спортивной формы. Здесь каждый на своей полочке оставляет кроссовки, спортивный костюм, мячи и даже ракетки для бадминтона. Некоторые стеллажи снабжены дверцами с замочком, но большинство полок открыты. Чужого здесь никто не берет.
    В чем здесь нет отказа – так это в средствах связи, компьютерах и другой оргтехнике. Ксероксы для преподавателей и студентов, таксофоны, банкоматы, баллоны-автоматы с бесплатной питьевой водой (горячей и холодной) – это на каждом этаже или каждом корпусе.
    Ну и заключительные штрихи к общему портрету школы "Сонхва". Она имеет свой гимн и симпатичный герб, уменьшенная копия которого золотом вышита на форменной одежде каждого учащегося. Впрочем, если существование таких знаков отличия характерно для большинства корейских школ, то издание в рамках общегосударственной программы собственных учебников для своих учащихся может себе позволить далеко не каждая! Школа "Сонхва" – может. Мало того, в ней ежегодно большим тиражом издается многостраничная иллюстрированная книга-дневник о событиях прошедшего учебного года. В начале 2004 г. увидел свет уже 28-й ее выпуск.

    Директор – всему голова

    Директор музыкального отделения г-жа Ли Ян Сук проводит на работе ежедневно едва ли не 10 часов (с 8:40 до 18:00). При этом остаётся очаровательной женщиной, демократично, без начальственного чванства общающейся с коллегами. Широкий кругозор, знания, полученные в Америке, России и Европе, и чувство такта позволяют ей грамотно ставить стратегические задачи и компетентно решать кадровые проблемы.
    Кроме 1200 учеников, в ее подчинении еще и более 200 педагогов. Но директор успевает каким-то образом контролировать всё: учебную нагрузку педагогов, своевременную оплату занятий учениками и соотношение этой платы и зарплаты педагогов, расписание групповых занятий, экзаменационные требования, графики прослушиваний и экзаменов. При этом ей безразлично, где занимается педагог с учеником – в школе или в своей студии – и сколько уроков получил ученик, главное – чтобы студент выполнял экзаменационные требования.
    Кроме того, г-жа Ли очень чутка к новациям. А недавнее появление в "Сонхва" такого нового для корейских музыкальных заведений предмета, как сольфеджио, тоже стало возможным благодаря ее подвижничеству.

    Педагоги работают на совесть

    Именно преподаватели несут здесь полную ответственность за профессиональную подготовку студентов. Директора интересует стратегия, тактику выбирают сами педагоги. Многие работают по совместительству на условиях временного контракта. Директор объяснила мне это тем, что в Корее музыканту-преподавателю трудно достойно прожить на одну зарплату (а это примерно 1500 долларов в месяц). Поэтому многие преподают в двух-трех учебных заведениях или дают частные уроки (оплата – от 40 долларов в час или 50 тыс. корейских вон). В число негласных требований к педагогу этой школы входит также умение находить общий язык с коллегами и учениками. Школа платная, и студентам занятия должны нравиться...
    Трудятся преподаватели в корейской школе от звонка до звонка – в прямом и переносном смысле. Вас одинаково не поймут как за опоздание на работу, так и за нахождение в классе после уроков. Расписание – это святое. О пропуске уроков или их переносе речи быть не может - только при полной физической невозможности исполнять свои обязанности! Заболели – марлевую повязку на лицо – и вперед, к доске. Здесь такие повязки никого не смущают. В городе так многие ходят, особенно зимой. Чуть чихнул – и сразу повязку на рот. И это правильно: заботятся о здоровье – своем и окружающих...

    Каждому – своё

    В российских учебных заведениях нас часто раздражает рутина, эти постоянные заседания кафедр, преподавательского состава и, вообще, учебная бюрократия, к творчеству мало располагающая. В Arts School такого понятия, как педсовет нет вообще. Плюс это или минус? Во многом плюс. Преподаватели просто работают по утвержденному администрацией учебному плану, составляемому на полугодие и расписанному по дням. Не тратится по-пустому время, каждый занят своим непосредственным делом, а результат оценивается по успеваемости студентов и их успехам в исполнительских и художественных конкурсах. Есть и минус – но об этом чуть ниже.
    Конечно, как в любой школе, и в этой полно "бумажной работы", только здесь ее выполняют секретари, а не педагоги. Каждый преподаватель прикреплён к определённому человеку из секретариата, в обязанности которого входит составлять график занятий, печатать ведомости с результатами, делать копии всевозможных документов, обзванивать студентов и их родителей и т.д. Прогулять занятия практически невозможно: об отсутствующих педагог обязан сообщить секретарю, а тот – немедленно передаст информацию на мобильный родителям...
    В необходимых случаях указание или разрешение секретарю на то или иное действие дает лично директор, с которым любой секретарь всегда на мобильной связи. Преподавателю же достаточно намекнуть секретарю о своих организационных проблемах и дальше исполнительный механизм уже крутится без его участия. Представляете, сколько у педагога остаётся времени на подготовку к занятиям?

    Ученики

    В плане имиджа ученик школы "Сонхва" ничем не отличается от своего коллеги из обычной школы. Тот же стандартный набор корейского учащегося независимо от возраста: мобильный телефон (как правило, со встроенным фотоаппаратом), кредитная карточка, книга (часто комиксы), любимая мягкая игрушка, ложка и заменяющие вилки металлические палочки. Да еще зубная щётка с тюбиком пасты. После острой корейской еды принято сразу чистить зубы: визиты к стоматологам здесь недешевы, и до этого лучше не доводить...
    Как недоразумение слышится из Кореи московская или петербургская проблема беспризорников. В Сеуле же (тоже 10-миллионная столица!) нет не то что голодного или плохо одетого – просто нет ни одного слоняющегося без дела по улицам ребёнка. И всё в этой стране, еще 40 лет относившейся к одной из беднейших в мире, сегодня устроено так, что этого не может быть! (Что касается голодных и плохо одетых, то их в Корее, разумеется, гораздо меньше, чем в большинстве стран мира, однако утверждать, что в Корее совсем ничего такого нет, было бы некоторым преувеличением. Хотя на территории школы "Сонхва" нищих, конечно, не встретишь. – Прим. ред.). В школьной столовой (мы думаем, не только Sunhwa Arts School) они за два-два с половиной доллара могут воспользоваться "шведским столом" – подходи и бери, сколько хочешь. Что для корейской семьи эти деньги – при среднем доходе $2500 в месяц? (За средними цифрами в Корее скрывается сильное имущественное расслоение. Так, "нижние" 20% семей имеют средний доход 930 долларов в месяц и вообще не могут себе позволить обучать детей в элитных школах типа "Сонхва", не говоря уже о школьных завтраках. – Прим. ред.).
    Практически нет здесь и проблемы безопасности – уличная преступность в Корее одна из самых низких в мире. И все равно многих школьный автобус забирает от дома и привозит домой. А свободное время, которого у студентов этой школы не так уж и много, посвящается компьютерным играм в бесплатных цифровых библиотеках или просто путешествию по Интернету. В библиотеках можно смотреть DVD, слушать диски или просто готовить уроки – обстановка располагает...

    Работа – до седьмого пота

    В Сеуле говорят, что корейский образовательный бум имеет не более чем 20-летнюю историю. Может быть. Но сейчас он достиг, на мой взгляд, апогея. Доходит до самопожертвования – в стремлении помочь ребёнку овладеть иностранным языком корейские мамы на год, а то и два-три устремляются со своими чадами в США, Канаду, Австралию или в азиатские страны, где английский является вторым официальным языком общения – в Сингапур и на Филиппины, оставляя пап дома зарабатывать на это деньги. Порой это кончается даже распадом семей! И, тем не менее, на образование за рубежом корейцы тратят около 2 миллиард долларов в год. Для сравнения: расходы на образование в самой Корее составляют 24 млрд. долларов.
    Сегодня на обучение детей в средней корейской семье уходит не менее трети всего дохода. Родители не жалеют ничего и никого, в том числе и самих детей, только бы они 10-12 часов в день корпели над уроками. Подчас не оценивая должным образом реальной эффективности всей этой образовательной гонки. Страдальческая гримаса – это очень характерное выражение лица корейского ученика, волочащегося по звонку к своей парте...
    Но те, кто видит себя в будущем ни где иначе, как на сцене, стараются на совесть. Работающие здесь профессора классического танца из С.-Петербурга рассказали, как занимались корейские студентки в период подготовки к конкурсу "Приз Лозанна" (Швейцария). От общеобразовательных предметов будущих конкурсанток не освободили, и в школе они продолжали учиться по обычному графику, посвящая подготовке к поездке лишь вечерние часы. "Представьте себе учебный день этих девчушек! В восемь утра начинаются занятия по общеобразовательным предметам – это 5-6 часов. После перерыва на обед и небольшого отдыха – классы классического, характерного танца или танца модерн. А в восемь вечера – репетиции к конкурсу! Пока одна из них отрабатывает элементы, другие в том же репетиционном классе спят, свернувшись калачиком, прямо на полу! Но стоит дать им знак – вскакивают и работают до седьмого пота..."

    "Вот вам перегиб и парадокс"

    Что отличает корейских музыкантов? Они, прежде всего, озабочены шлифовкой технических приёмов, необходимых в арсенале исполнителя-виртуоза. К пятнадцати годам здешние пианисты играют концерты Моцарта и Бетховена, скерцо и сонаты Шопена, "Мефисто-вальс" Листа, скрипачи осваивают каприсы Паганини, концерты Мендельсона и Чайковского. Ставка делается на освоение до автоматизма практических навыков. Осмысливать и анализировать строение "музыкальной речи" им просто некогда. Все та же известная корейская доктрина "ппалли, ппалли" – скорей, скорей. Но что, прежде всего, страдает от этой быстроты? Конечно, выразительность интонации и агогика (небольшие отклонения от установленного темпа в художественных целях – прим. ред.), которые, увы, не являются сильной стороной корейских исполнителей. Потому и конкурировать с воспитанниками российской и европейской школ корейским музыкантам сегодня еще достаточно трудно. А ведь именно на победы в конкурсах – сначала школьных, потом университетских, затем национальных и международных настраивают своих подопечных корейские профессора.
    Но вот парадокс. Г-жа Ли рассказала, что с целью повышения мотивации своих учащихся, она запланировала во время каникул двухнедельный ознакомительный тур по лучшим музыкальным высшим учебным заведениям Америки (The Juilliard School, Peabody Institute, Boston University, Yale University – всего около десяти). Была проведена большая подготовительная работа, составлена смета тура – получилось около 3 млн. вон (2,5 тыс. долларов). Сумма большая, но для средней корейской семьи, в общем-то, доступная. Однако ни один из студентов не проявил интереса! Преподаватели, ожидавшие наплыва желающих, были в недоумении. (Можно поспорить насчет доступности данной суммы. Если учесть, что упомянутая средняя семья и так тратит на обучение в "Сонхва" немалые деньги ежемесячно – возможно, последние деньги – отстегнуть еще и свой среднемесячный доход ради какой-то экскурсии, которая непонятно что даст... Я бы на месте главы такой семьи семь раз отмерил и отрезать не стал. – Прим. ред.)
    О чём говорит этот факт? Первое – о все возрастающей самодостаточности корейцев ("у нас и здесь всё есть, и это всё нас устраивает"). Если предыдущее поколение стремилось в Америку (учиться там считалось очень престижным), то "новые корейцы" все же в большинстве своем предпочитают Западу свою уютную Страну утренней свежести. Зачем куда-то ехать, когда можно пригласить преподавателя к себе? Благо, корейская экономика сегодня может это себе позволить...
    Второе – о проблеме языка. В этой школе она также имеет место – дается английский студентам с большим трудом, несмотря на обилие уроков и в школе, и на TV каналах. А без этого языка ехать учиться в США или Европу – тяжело. Так зачем напрягаться, если дома и так можно неплохо жить?

    Корея и русское искусство

    Что корейцы знают о России? Не много. Интерес к нашей стране здесь не сравним со вниманием, с которым Южная Корея смотрит на США или Китай (изучение английского и китайского языков возведено в ранг государственной программы). Наши успехи в космосе их мало волнуют, а другим – в области науки, техники или политики – нам сегодня и похвастать особо нечем. Даже в спорте – в тех видах, что приоритетны в Корее (футбол, бейсбол, гольф, бадминтон, восточные единоборства) у нас особо ярких звезд, личностей с мировыми именами нет.
    Лишь в искусстве, особенно в тех его сферах, что интересуют корейцев, есть направления, по которым мы и сегодня "впереди планеты всей" – это русская классическая музыка и балет. Увы, но это то немногое, что формирует до сих пор положительный образ России за её пределами. Чайковский и Римский-Корсаков, Мусоргский и Рахманинов, Стравинский и Прокофьев – изучение их творчества входит в обязательную школьную программу. Знакомы корейским студентам и имена современных российских деятелей искусства – Ростроповича, Башмета, Гергиева, Хворостовского.
    В особом почете – русский балет. Труппой Universal Ballet – лучшим, на наш взгляд, балетным коллективом в Сеуле – руководит петербуржец Олег Виноградов, привлекающий к работе с корейскими артистами бывших солистов и педагогов Кировского (Мариинского) театра.
    В корейских школах искусств балет сегодня чаще всего преподают российские специалисты. Результат? На конкурс-2004 в Швейцарию поехали девять их юных воспитанниц, трое из которых вышли в финал. Остальные трое в решающем туре представляли США и Японию (россиянки, законодательницы мод в балете, где вы?). В итоге одна кореянка выиграла первый "Приз Лозанны" – а это двухгодичное обучение по выбору победительницы в одной из лучших балетных академий мира, другая стала дипломанткой и была приглашена на стажировку в балетную школу Мюнхена...

    Почему сольфеджио?

     Теперь вернемся к вопросу, который, на наш взгляд, является минусом учебного процесса корейской музыкальной школы (училища, академии). Это нескоординированность теоретических и исполнительских дисциплин. Дело в том, что здесь нет традиции внеклассного или внешкольного обсуждения производственных вопросов! Российским преподавателям такое, наверное, трудно себе представить, но в корейской школе в течение часового обеденного перерыва никому не приходит в голову поговорить о работе. Это не принято, как не принято здесь вообще кому-либо давать советы. Почему? Никто просто не решается взять на себя смелость предложить тему для профессиональной дискуссии – а для этого надо проявить именно смелость и умение убеждать. В Корее же, стране иерархичной до предела, человек много раз подумает, прежде чем обратится к коллегам, а тем более, к руководству с каким-то предложением...
    А ведь им есть что обсудить. В школе читается курс теории музыки, но он совершенно оторван от музыкальной практики. Педагоги, лишенные возможности регулярного совместного анализа хода выполнения учебной программы, не озабочены анализом ее эффективности. Студенты относятся к этому предмету как к обузе, и такое отношение при существующей практике преподавания во многом оправдано. В итоге знания, получаемые слушателями на занятиях по теории, но не подкрепленные параллельно практикой, в скором времени почти безвозвратно теряются. 

    Играя фугу Баха, студент не задумывается, по каким законам она написана, в каком голосе проводится тема, а в каком – противосложение, не подозревает об интермедиях и стреттах. Тоже – с сонатами. Всё, что они когда-то проходили, ими успешно забывается, потому что на теоретических занятиях они почти не анализируют музыку. И этот их скудный слушательский опыт, к сожалению, мало обогащается и за пределами школы – они не приучены ходить на концерты, не пользуются возможностями слушать превосходных исполнителей, коих в концертных залах Сеула предостаточно. И потому в дальнейшем, завершив теоретический курс, с любым маломальским вопросом по артикуляции, ритму или динамике студенты бегут к своему преподавателю, чувствуя себя абсолютно беспомощными в вопросах, на которые учащийся российского музыкального заведения, скорее всего, легко ответил бы сам.
    Но времена меняются. В надежде воспитать в студентах осмысленное отношение к музыкальному тексту, бережное отношение к звуку, познакомить с принципами музыкальной логики наиболее дальновидные директора музыкальных заведений и стали в последнее время обращаться к богатому опыту мировой музыкальной педагогики. И прежде всего, к российской, надеясь в ней найти "науку побеждать". Так на горизонте корейского музыкального образования появилось и сольфеджио (дословно - "пение с названием нот") - система вокальных и ритмических упражнений по развитию музыкального слуха, связующее звено между теорией и музыкальной практикой. Насколько своевременным стал этот шаг в Sunhwa Arts School – нам предстоит еще оценить. Не сегодня. Но завтра – точно...